Во второй половине XIX века Российская империя активно укрепляла своё присутствие на просторах Тихого океана. Российские военные корабли из Балтийского флота заходили даже в один из крупнейших портов Японии — Нагасаки. Там русские моряки арендовали значительные участки земли, где построили баню, кузницу, лазарет-больницу и деревянную церковь. Этот поселок получил неофициальное название «русская деревня», а местные жители называли его по-японски — Иноса.

Скука и человеческие потребности в далёком порту
Несмотря на суровые будни и службу, крепкие русские моряки в чужой стране скучали по общению и женской ласке. Публичные дома были рядом, но для православного человека это считалось грехом, а риск заразиться инфекциями был велик. В таких условиях особенно ценились любые культурные и нравственные способы удовлетворения естественных человеческих потребностей.Люди и общество
Местная рестораторша Омати-сан предложила морякам необычную и легальную услугу: временные жёны, или мусумэ (娘), что дословно означает «дочь» или «девушка». Она объясняла: «Вижу, русский, скучаешь ты по дому. Могу помочь — найду тебе жену, а ты лишь обеспечь ей достойную жизнь». Такая практика имела исторические корни — самураи использовали подобные соглашения во время длительных походов.

Все отношения с мусумэ оформлялись письменным контрактом на срок от одного до трёх лет — обычно на период стоянки русского корабля в порту. По окончании срока японка могла либо перейти к другому русскому моряку, либо вернуться к японскому супругу. Если мужа не было, она могла выйти замуж. Моряки арендовали своим временным женам дома, нанимали прислугу и материально обеспечивали их. Таким образом, это был полноценный социальный и бытовой контракт, где обе стороны получали выгоду.
Внук Николая I, великий князь Александр Михайлович, служивший в Нагасаки на корвете «Рында», вспоминал, что лично участвовал в подборе мусумэ. Ему привели почти полсотни кандидаток, и он выбрал веселую японку в ярком кимоно. Радость женщины была искренней — она демонстрировала подарки всему кварталу. Временный брак был для японок возможностью выбраться из нищеты и получить материальную поддержку. Даже японские мужья порой поощряли участие своих жен, рассчитывая на дополнительный доход и возможность иметь детей с европейскими чертами

Русские офицеры обучали мусумэ русскому языку, культуре, кулинарии, а иногда даже давали им русские имена. Это позволяло японкам легче адаптироваться к жизни с иностранцами и укрепляло культурные связи между народами. Например, сын великого химика Владимир Менделеев поддерживал свою дочь от мусумэ Така, регулярно отправляя средства на её содержание в Японию.

Психологические и социальные эффекты
Командование флота поощряло такие браки, так как это способствовало улучшению морального и физического состояния офицеров. Они меньше конфликтовали в кабаках и избегали пьяных драк. Моряки знали, что по возвращении в порт их ждёт надёжная временная жена, с которой можно было проводить досуг и вести полноценную семейную жизнь.

Институт мусумэ прекратил существование в начале XX века, когда отношения между Россией и Японией охладели. Русские корабли покинули Нагасаки, оставив лишь небольшое кладбище и стайки детей с европейскими чертами. Сама Иноса была разрушена во время атомного взрыва в 1945 году, и на её месте сейчас стоит современная городская застройка.

Историческое наследие и современность
Сегодня историки рассматривают опыт временных браков как пример уникального культурного обмена и социальных практик, возникших из-за необходимости моряков адаптироваться к жизни вдали от дома. Эти истории помогают понять, как традиции, культура и человеческие потребности переплетались в сложный период истории Восточной Азии и России.