Предыстория конфликта
Южная Сун образовалось, когда Империя Сун под натиском чжурчжэней перенесла столицу на юг, в Линьань, а бывшие северные земли Сун вошли в состав чжурчжэньского государства Цзинь. Южная Сун постоянно боролась за возвращение своих бывших северных территорий, и когда в конце XII века монголы объединились под предводительством Чингис-хана, то Сун стала их естественным союзником в борьбе с Цзинь. Действия Сун помогли Чингис-хану в полном уничтожении Цзинь.
За помощь во взятии последней столицы Цзинь в последние годы войны сунцам была обещана провинция Хэнань. Понадеявшись на союзные договорённости с Чингис-ханом, император Ли-цзун решил получить плату за союз: он направил войска для занятия Гуаньчжуна помимо уже занятой Хэнани. Летом 1234 года войска Сун заняли Лоян. Узнавшие об этом монголы сначала уничтожили отряд, направлявшийся в Лоян, а потом вынудили другие южнокитайские части покинуть город. В это же время были открыты плотины на Хуанхэ, чтобы повысить уровень озера Цуньцюньдянь и затопить сунскую армию у Бяньляна − в этом потопе утонула почти вся южнокитайская армия.
Так Южная Сун потеряла все свои приобретения от войны против Цзинь на стороне Чингис-хана. Однако этим всё не закончилось. В 1235 году начинается война монголов с империей Сун. В конце 1237 года «Сун устрашилась и запросила перемирия». Весной 1238 года был подписан мирный договор, в соответствии с которым Южная Сун обязалась платить ежегодную дань в размере 200 тысяч слитков серебра и 200 тысяч кусков шёлка. Но в связи с периодами междуцарствия в самой Монгольской империи в 1240-х годах, в Каракоруме было не до планов завоеваний.
***
Подготовка монголов к войне с Сун
На курултае 1251 года новым великим ханом был избран Мунке. Разрабатывая планы новых походов, новый хан, в частности, решил покорить и Южный Китай. Чтобы не позволить войскам Сун сосредоточиться на защите какой-либо одной области страны и вынудить их рассеяться для отражения наступления, Мунке решил разделить свои войска на четыре армии, перед каждой из которых были поставлены особые задачи. Одним из вариантов являлось нападение с запада, но в этом случае препятствием являлось государство Дали. В 1252 году Мунке поставил во главе армии, отправившейся в поход на Дали, своего брата Хубилая, который выполнил эту задачу в 1253 году.
Походы Мунке
Двигавшаяся на юг армия под командованием Мунке столкнулась с серьёзными затруднениями. Хотя к марту 1258 года его войска и захватили Чэнду, но при дальнейшем движении к Чунцину они остановились под Хэчжоу: сунский полководец Ван Цзянь решил оборонять город и не пожелал сдаться. Мунке провёл под Хэчжоу пять месяцев, и только с конца марта 1259 года по начало мая его войска несколько раз пытались взять город приступом, но так и не смогли достичь успеха. С наступлением сезона дождей война замерла.
Как только дожди закончились, монголы вновь пошли на приступ, но опять натолкнулись на ожесточённое сопротивление войск Ван Цзяня. 11 августа 1259 года Мунке скончался (согласно одним источникам − от полученной раны, по другим − от дизентерии или холеры). После смерти Мунке его войска прекратили боевые действия: они продолжали удерживать захваченные области, но больше не делали ничего, и даже не пытались связаться с другими армиями, поскольку вопрос престолонаследия с их точки зрения был намного важнее, чем продолжение завоевания Южной Сун.
***
Продолжает поход Хубилай
Хубилай отправился из Кайпина на юг в декабре 1258 года, выслав вперёд авангард под предводительством Бахадура, который должен был собрать и подготовить припасы для войска. Стремясь повторить успех своего похода на Дали, Хубилай предостерёг своих полководцев от неоправданного истребления китайского населения, и предупредил, что за невыполнения этого указа будет наказывать строго, вплоть до смертной казни.
К августу 1259 года он переправился через реку Хуайхэ, и послал своего доверенного советника уйгура Лянь Сисяня в область Тайшань (в провинции Хубэй), где тот должен был призвать местное население покориться монголам. После отъезда Ляня Хубилай продолжил двигаться на юг, в начале сентября выйдя к северному берегу Янцзы.
Но через десять дней он узнал о смерти Мунке. Сводный брат Мугэ просил Хубилая вернуться на выборы великого хана, но (согласно «Юань ши») тот отказался, сказав: «Я получил приказ великого хана идти на юг. Как же я вернусь без заслуг?» Через несколько недель после получения известий о смерти Мунке Хубилай приказал своим войскам начать переправу через Янцзы. Войска переправились, несмотря на непогоду, и тут же после высадки на другой берег вступили в бой. Обе стороны понесли тяжёлые потери, но монголам удалось создать плацдарм к югу от Янцзы.
***
Их следующей целью был город Эчжоу. Город был хорошо укреплён, сунцы сумели доставить в город подкрепления несмотря на плотную блокаду, однако Хубилай стремился во что бы то ни стало захватить Эчжоу, так как это достижение повысило бы его престиж. Сунский канцлер Цзя Сыдао, желавший любой ценой сохранить целостность территории Южной Сун, послал полководца Сун Цзина для переговоров с Хубилаем, предлагая ежегодную дань серебром и тканями в обмен на обещание не переходить Янцзы, которая стала бы нерушимой границей, но Хубилай отверг это предложение.
В этой тяжёлой ситуации Южную Сун спас кризис, вызванный спором о престолонаследии среди Чингизидов: один из претендентов на трон великого хана − Ариг-Бука − отправил своих полководцев на земли удела Хубилая. Жена Хубилая − Чаби − попыталась задержать продвижение противника, и отправила гонца к мужу с извещением о сложившейся ситуации. После этого у Хубилая не осталось выбора: оставив для удержания некоторых завоёванных пунктов символические силы под началом Бахадура, он отвёл большую часть войск от Эчжоу.
***
Гражданская война
1260 году состоялось два курултая: на одном из них великим ханом был избран Хубилай, на другом − Ариг-Буга. Среди знати началась междоусобная война. Воспользовавшись трудным положением Хубилая, Южная Сун попыталась вернуть под свою власть земли, потерянные ранее. Цзя Сыдао приказал своим войскам напасть на оставленные там Хубилаем малочисленные отряды. Монголы были изгнаны, и земли вернулись под власть южносунского императора. Цзя намеренно завысил важность этой победы, введя в заблуждение императорский двор и укрепив решимость не идти на компромисс с «северными варварами». Армии Хубилая были задействованы в войне с АригБугой и поэтому он не имел возможности снарядить карательный поход против Сун; напротив, 21 мая 1260 года он направил к сунскому двору посольство во главе с Хао Цзином, с которым поехали Хэ Юань и Лю Жэньцзе, чтобы уладить конфликт дипломатическим путём, однако Цзя Сыдао задержал его послов.
Предательство перебежчика
Тем временем у Хубилая появилась ещё одна проблема. Одним из его доверенных лиц был китайский перебежчик Ли Тань, которому была поручена оборона восточной прибрежной части монгольских владений − провинции Шаньдун. В распоряжении Ли была армия, воевавшая против сунских войск, и большие ресурсы (запасы соли и меди). Однако, сознавая, что экономические отношения с Сун принесут ему больше выгоды, чем связь с северным Китаем, Ли начал отдаляться от Хубилая и, когда он смог устроить побег своему сыну Ли Яньцзяню, содержавшемуся в качестве заложника при монгольском дворе, то 22 февраля 1262 года поднял мятеж, истребил монгольских воинов на подвластной ему территории и передал Ляньчжоу и Хайчжоу империи Сун.
***
Войска Ли захватили города близ Иду, а через месяц взяли Цзинань. Хотя Хубилай и был поглощён борьбой с Ариг-Бугой, он быстро оценил размеры опасности, исходящей от Ли, и принял все необходимые меры для её устранения. Он послал против Ли в Шаньдун своих самых доверенных полководцев. Войска Хубилая укрепили оборону городов, которые могли подвергнуться нападению армии Ли, и встали в них гарнизонами. Покончив с оборонительными мероприятиями, Хубилай приказал Ши Тяньцзэ и Ши Чу перейти в наступление.
В конце марта или начале апреля противники сошлись неподалёку от Цзинани. Армия Ли была разбита, он был вынужден отступить в Цзинань. К середине апреля Ли начали покидать его главные приверженцы. Они переметнулись к Хубилаю, заявляя, что Ли принудил их присоединиться к восстанию. Стремясь побудить к дезертирству прочих сторонников мятежника, Хубилай простил первых перебежчиков. Он также предупредил своих воинов, чтобы они не допускали притеснения местных жителей в этих областях, и не причиняли им ущерба, надеясь таким образом переманить на свою сторону больше мятежников.
Этот вполне разумный план сработал великолепно − с каждым днём ряды восставших всё больше редели. Одновременно с этим Ши Тяньцзэ осадил Цзинань. Отрезанные от припасов и складов оружия, войска Ли стали покидать осаждённый город и сдаваться на милость противника. К началу августа Ли Тань понял, что его планы рухнули и он проиграл. Он отправился к озеру Дамин и попытался утопиться, но монголы спасли неудачливого самоубийцу, чтобы предать его подобающей казни: его упрятали в мешок и растоптали лошадьми.
***
Проблемы империи Сун
У Южной Сун тем временем были свои проблемы. Крупные землевладельцы сосредоточили в своих руках огромные имения; вследствие особой близости к правительственным кругам они были освобождены от уплаты налогов. Всё больше земель исчезало из налоговых списков, в результате чего страна оказалась в глубоком финансовом кризисе. Двор был не в состоянии покрывать быстро возраставшие военные расходы.
К 1260 году злоупотребления, в которых погрязли землевладельцы и чиновники Южной Сун, поставили под угрозу само существование империи. Канцлер Цзя Сыдао пытался провести реформы, чтобы устранить злоупотребления: он старался убедить императора издать ряд указов, направленных против чиновничьих спекуляций, были устроены общественные ящики для писем, куда люди могли положить свои жалобы и обвинения.
Его предложения натолкнулись на ожесточённое противодействие со стороны чиновников и землевладельцев. Цзя снял с должностей особо рьяных врагов, а несколько человек даже предал казни, на их замену он выдвинул собственных друзей и чиновников низшего ранга, обошедших по службе более опытных людей. Такие меры привели к расколу общества накануне монгольского нашествия.
***
В 1260-х годах, будучи занятым борьбой с претендентами на трон великого хана, Хубилай делал примирительные жесты по адресу Южной Сун. Весной 1261 года он направил к сунскому двору двух своих послов − Цуй Миндао и Ли Цюаньи − требуя освободить захваченного год назад Хао Цзина, но несмотря на полученный отказ Хубилай самолично отпустил на свободу 75 сунских купцов, которых его войска захватили на границе. В 1262 году разрешение вернуться на родину получили ещё 40 торговцев, а два года спустя Хубилай освободил 57 купцов.
Также он поступил в 1269 году ещё с 45 купцами. В 1264 году Хубилай сделал выговор своим военачальникам, казнивших двух пленённых в сражении сунских полководцев без суда и следствия. Хубилай, стремившийся переманить как можно больше дезертиров из сунской армии, был крайне недоволен подобной бессмысленной жестокостью; сам он, применяя методы китайцев, щедро награждал перебежчиков землями, тканями и стадами. Эта приносило заметный успех, так как с начала 1260-х приток перебежчиков из южного Китая не ослабевал.
***
Осада Сянъяна и Фаньчэна
Переломным моментом в борьбе между монгольской империей и Южной Сун явилась начавшаяся в 1268 году осада Сянъяна. Сянъян и соседний Фаньчэн располагались на северной границе современной провинции Хубэй, на противоположных берегах реки Ханьшуй. Они занимали важное стратегическое положение, так как были последними крепостями на пути к бассейну Янцзы и прикрывали дороги, ведущие к среднему течению реки, а также к
западным областям Южной Сун. Захватив эти два города, монголы могли создать плацдарм для дальнейшего продвижения на юг. Сунские власти возвели в Сянъяне мощные укрепления, а командовать обороной поставили Люй Вэнхуаня.
Командовать монгольскими войсками, действовавшими против Сянъяна, был назначен Аджу, ему подчинялись китайские перебежчики Лю Чжэн и Ши Тяньцзэ, уйгур Ариг-Хайя. В октябре Хубилай поручил Аджу обложить также и Фаньчэн. В 1269 году Хубилай стал проявлять недовольство ходом осады. В феврале он послал Ши Тяньцзэ изучить расстановку войск под Сянъяном и представить свои соображения относительно возможных улучшений. В марте он приказал направить Аджу и Лю Чжэну подкрепления в 20 тысяч человек, а в апреле, следуя совету Ши Тяньцзэ, эти два полководца соединили укрепления Бохэкоу и Лумэньшаня, ещё более затруднив вход и выход из Сянъяна.
***
Однако этих шагов оказалось недостаточно, так как в апреле 1270 года Аджу и Лю Чжэн попросили 70 тысяч человек и 5000 судов. Но даже получив требуемые подкрепления они не могли принудить осаждённых к сдаче. Положение было тупиковым. Сунский двор не собирался идти на уступки, и осажденные войска также были полны решимости не сдаваться без боя. В Сянъяне хватало продовольствия и питьевой воды, иногда сквозь монгольскую блокаду прорывались посылаемые центральными властями суда с припасами, время от времени осаждённые отправляли отряды на прорыв окружения.
Взять же крепости штурмом без тяжёлых потерь представлялось невозможным, кроме того, это мероприятие могло кончиться и неудачей. Чтобы выйти из тупика, Хубилай обратился к ильхану Персии − своему племяннику Абаке − с просьбой прислать для покорения Фаньчэна и Сянъяна специалистов в осадном деле. В 1271 году Абака отправил к Хубилаю Исмаила и Ала-ад-Дина. Ненадолго задержавшись при монгольском дворе, оба мусульманина прибыли к месту боевых действий, оценили обстановку, и принялись за строительство осадных машин.
Под градом огромных камней сунские войска не смогли выстоять под натиском монголов, и через несколько дней Фаньчэн был взят. Когда слухи о падении Фаньчэна дошли до Люй Вэньхуаня, он понял, что и его солдаты в Сянъяне не выдержат такого мощного обстрела, однако он медлил со сдачей города. Поэтому мусульманские инженеры осмотрели укрепления Сянъяна, соорудили у юговосточного угла осадную машину, и произвели выстрел. Признав вражеское превосходство в огневой мощи, Люй сдал Сянъян, выдержав почти пятилетнюю осаду.
Nomads of the Great steppe