В любой день, когда я открываю криминальную хронику, всегда, именно ВСЕГДА будет история побоев или убийства жен/сожительниц, где женщины в комментариях возмущаются, а мужчины в основном молчат. И не менее часто: убийства мужей/сожителей, где женщины понимающе пишут отзывы, а мужчины, наоборот, возмущаются. Причём сценарии убийства мужей повторяются с пугающей точностью. В одном городе женщина всаживает нож в спавшего мужа, который до этого истязал её десять лет. В другом — подсыпает яд в алкоголь тирану, пока тот перезаряжает травмат. В третьем — оглушает тяжелым предметом. В суде все они произносят, что в целом можно понять так: «Я знала, что если не сделаю этого сейчас, до утра я просто не доживу».
Меня эта жуткая цикличность заставила глубоко покопаться в судебно-психиатрической литературе, материалах громких дел и трудах криминологов. Вырисовается страшная картина: перед нами не серия разрозненных бытовых преступлений, а одинаковая реакция психики, доведённой до грани.
Что говорят психиатры и психологи? Эксперты выделяют три ключевых фактора, которые ломают человека изнутри. Во-первых, эта «цикличность насилия», которую ещё в семидесятых выявила психолог Ленор Уокер. Она же назвала это синдромом избитой женщины. Всё идёт по кругу: сначала мужик ходит надутый как индюк (фаза напряжения), потом выдаёт женщине по первому числу (фаза разрядки), а дальше приползает на коленях с букетом ромашек — «прости, меня грешного, я переменился» (медовый месяц). И женщины верят! Поначалу. А потом этот круг сжимается так, что между мордобоем и ромашками уже и щели не остаётся.
Второе, выученная беспомощность: попытки уйти, вызвать полицию или спрятаться у родственников обычно заканчиваются еще более жестоким избиением. Мозг женщины фиксирует: помощи извне нет, система не работает. То есть, женщина б рада сбежать, да куда? Денег нет, двое детей на руках, а полицейский приедет, усы покрутит, выпишет упырю штраф (из её же семейного бюджета!) и уедет. А мужик после этого вообще с катушек слетает.
И третье, восприятие непрерывной угрозы: для человека вне ситуации спящий муж — это отсутствие опасности. Для жертвы — это единственный короткий перерыв в непрерывном акте террора, когда агрессор физически не может ее покалечить. Страшнее всего, что законы эти психологические тонкости в упор не видят, вообще. Для суда женщина — хладнокровная убийца, потому что не дождалась, пока он ей башку проломит в прямом эфире.
История знает несколько прецедентов, когда именно эта психологическая база стала основой судебной защиты. Дело Киран Алувалия (Великобритания, 1989). Муж истязал Киран десять лет: втыкал горячие предметы в кожу, ломал кости, угрожал выжечь глаза кислотой. Когда он в очередной раз пообещал расправиться с ней утром и лёг спать, Киран облила его ноги бензином и подожгла. Изначально её осудили на пожизненное за умышленное убийство. Однако пересмотр дела с участием психиатров доказал: она находилась в состоянии аффекта, вызванного длительным посттравматическим синдромом. Её приговор пересмотрели, и она вышла на свободу.
Дело Жаклин Соваж (Франция, 2012): муж-тиран 47 лет избивал Жаклин и насиловал её дочерей. На следующий день после того, как их сын совершил са@@убийство из-за издевательств отца, Жаклин трижды выстрелила мужу в спину. Суды дважды приговаривали её к 10 годам тюрьмы, так как прямого нападения в момент выстрела не было. Лишь после огромного общественного резонанса в 2016 году президент Франции лично помиловал Соваж.
История с Фрэнсин Хьюз в 1977 году, про которую потом сняли фильм «Горящая постель», стала первой трещиной в этой стене. Тогда присяжные впервые приняли аргументы психологов и оправдали женщину. Но это единичные прорывы.
И да, трагедия заключается в конфликте юридических норм и реальности. В классическом уголовном праве «необходимая оборона» — это немедленный ответ на немедленное нападение (на тебя замахнулись ножом — ты защищаешься). Но если женщина весом 50 килограммов попробует защищаться в момент драки против 90-килограммового мужчины, она просто погибнет. Правосудие часто трактует действия в момент сна или опьянения агрессора как «хладнокровный расчет».
А вот психиатры в один голос повторяют: доходить до точки, когда топор или нож кажутся единственным спасением, — это катастрофа, которая ломает жизни всем. Избавиться от упыря ценой собственного заключения — слишком дорогая цена. Если вы или ваши близкие оказались в подобном аду, помните, что вы не одни. Сегодня работают кризисные центры, убежища (шелтеры) и бесплатные горячие линии поддержки, где вам дадут безопасный приют, психологическую помощь и юридическое сопровождение для побега. Найдите их контакты в своём регионе до того, как психика откажется верить в законный выход.
И предвосхищая комментарии граждан в белых пальто. В самом начале отношений садист никогда не показывает своё истинное лицо. Напротив, на первых порах он идеален: ухаживает так, как никто не ухаживал, заваливает вниманием, мгновенно окружает заботой и признаниями в любви. В психологии это называется «бомбардировкой любовью» (love bombing). Женщина искренне верит, что встретила того самого — чуткого, надежного и любящего человека. Когда маска спадает, женщина уже оказывается внутри системы: без собственной подушки безопасности, с разрушенной самооценкой, часто с маленькими детьми на руках и в полной уверенности, что она сама во всём виновата.
​Именно поэтому фразы типа «А куда ты смотрела, когда замуж выходила?» — это глубочайшее заблуждение и обесценивание. Никто не выходит замуж за монстра. Выходят замуж за любящего и заботливого человека, в которого этот монстр мастерски маскируется на первых порах.
Берегите себя!
Стальное Перо