1864—1918)В тот же самый день в Петровском парке Москвы прозвучали залпы одной из первых показательных казней. К расстрельной яме подвели группу бывших царских министров, епископа Ефрема и самого ненавистного для большевиков священника столицы — протоиерея Иоанна Восторгова.
Он был блестящим интеллектуалом, выдающимся миссионером и бесстрашным проповедником. Новая власть боялась его до паники, потому что он обладал тем, чего нельзя было отнять декретами — безграничным авторитетом и абсолютной властью над умами. Пока другие пытались договориться с режимом, отмолчаться или спастись бегством, отец Иоанн выходил на амвон собора Василия Блаженного и прямым текстом называл происходящее сатанизмом и духовным самоубийством нации. Он знал, что его убьют, и осознанно шел на эту смерть.
У края братской могилы палачи, наслаждаясь своей властью, цинично предложили приговоренным последнее слово. Они ждали слез, истерик, политических лозунгов или мольбы о пощаде. Вместо этого отец Иоанн шагнул вперед и сделал то, что сломало весь сценарий расстрела.
Он попросил приговоренных министров встать на колени. Стоя перед дулами винтовок, священник громким, спокойным голосом отслужил краткую заупокойную молитву — по ним и по себе самому. Затем он подошел к каждому из плачущих смертников, обнял их, поцеловал и благословил на переход в вечность. Повернувшись к опешившей расстрельной команде, отец Иоанн сказал: «Я готов».
Грянул залп. Иоанн Восторгов не оставил своим убийцам ни малейшего шанса насладиться триумфом. Он превратил собственную казнь в абсолютную духовную победу, доказав раз и навсегда: человек, для которого вера дороже физического выживания, становится неуязвимым. Его тело можно уничтожить, но его дух поставить на колени невозможно.
Стань лучше